Борис Смелов - Город теней, город слёз

Детский джазовый фестиваль в Петербурге.
Город теней, город слёз
Борис Смелов | Слайдшоу!!!

Редакция сайта «Petrovideo»,
увидев на сайте «Photographer.ru» фотогалерею Бориса Смелова, не смогла удержаться от искушения,
и решила представить материал нашим посетителям.
Нам представляется, что эти великолепные фотографии нашего ровесника
будут весьма интересны читателям этого раздела нашего сайта.

Интересно представить себе, как Борис Смелов отреагировал бы на цифровую революцию в фотографии, которая в 1998 г., когда он умер, еще только начинала расправлять над миром свои крылья. С одной стороны, этого фотохудожника всегда увлекали новинки фотографической техники, и он часто сожалел о том, что так трудно было достать новейшее оборудование и материалы в Советском Союзе, где официальным признанием пользовалась только журналистская и любительская фотография. Тем не менее у Смелова были первоклассные камеры и он всегда печатал снимки на высококачественной фотобумаге. Ему было очевидно, что развитие техники естественно влечет за собой и качественные ее изменения. Когда стала доступна пленка для съемки в инфракрасных лучах, он сам ставил с ней интересные эксперименты. В одном интервью, опубликованном в 1988 г., Смелов высказал мысль, что появление камер-автоматов и новой техники для проявки и печати снимков расширило «творческие горизонты, обогатило образный строй и даже видение фотографов"1. Но все же не к любым новациям он относился с энтузиазмом: «Возможность сделать качественную „карточку“, не обладая ни умом, ни культурой, несёт в себе опасность оглупления фотографии». Не удивительно, что он предвосхитил то явление, которое многие впоследствии рассматривали в качестве оборотной стороны цифровой эстетики, заполонившей художественный рынок в конце прошлого столетия: без авторского взгляда на мир, без человеческой позиции художника результаты оказываются «пусты и холодны».

В размышлениях Смелова о фотографии главное слово всегда — «культура». Когда его спросили, каким должно было бы в идеале быть образование у фотографа, он ответил, что полезнее было бы не техническое, а гуманитарное — философское, психологическое, искусствоведческое. Хотя, по мнению многих, «картины говорят громче, чем слова», стоит отметить, что среди предметов, важных для будущего фотографа, Смелов включал в этот свой учебный план иностранные языки. При этом можно поразмышлять и над тем характерным собственным «языком», который он создал в своих работах.

Свадебная фотография в Санкт-Петербурге

Его фотографии были завещанием преданного своему делу мастера, который любил философию Достоевского, картины Ван Гога и музыку Моцарта, но при этом читал и теоретические работы Зигфрида Кракауэра и Ролана Барта и был щедр на похвалы, когда оценивал произведения своих коллег. В области фотографии его любимцами были Анри Картье-Брессон и Йозеф Судек, который преподнёс ему самый главный урок: «Каждый предмет материального мира наделен собственной душой». Ухватить мимолётное мгновение при помощи камеры — это дело не столько искусства, сколько интуиции, позволяющей человеку поймать то, что Картье-Брессон назвал «решающим моментом».

В начале своей карьеры фотографа Смелов делал портреты писателей и художников андеграунда, включая себя самого, а иногда работал — с огромным успехом — в жанре натюрморта. Его «Натюрморт с гранатом» (1988) и «Натюрморт с кривым зеркалом» (1991) являются подлинными шедеврами этого жанра. В них прекрасно видно, как хорошо Смелов знал живопись Возрождения.

Свадебная фотография в Санкт-Петербурге

Но все же по сути своей он был фотографом-летописцем города, причем не какого-нибудь, а Ленинграда/Санкт-Петербурга, где он родился и умер. Он, таким образом, продолжал великую традицию городской фотографии, которая зародилась в XIX в. вместе с появлением этого вида искусства. То была эпоха стремительной урбанизации и индустриализации, когда возникли широкие парижские бульвары, спланированные Османом, но также и предприятия с потогонной системой, и трущобы по всей Европе и Америке. Контраст между богатством и бедностью, между солнечными бульварами и темными проулками, между роскошными общественными зданиями и ветхими доходными домами служил неисчерпаемым источником мотивов для фотоснимков.

Работа Смелова «Тучков переулок» (1995) свидетельствует, что контраст этот сохранил свою силу и много десятилетий спустя. На фотографии, отличающейся строгой геометрической композицией, мы видим пожилую женщину, которая, опираясь на палку, осторожно ступает вдоль узкой полосы света, падающей параллельно безликой стене прямоугольногоздания. Её путь пересекает затененный переулок, в глубине которого видны несколько деревьев: возможно, это парк, один из любимых мотивов фотографа. Тени на переднем плане — явно от дерева, которого в кадре не видно. Язык противопоставлений прост, но богат и выразителен: светлое и темное, архитектура и природа, человек и анонимный городской пейзаж. В других работах, включая такие мрачные этюды, как «Человек с ведром» (1974) и «Стена» (1975), природы нет — есть только унылые лабиринты, в которые загнаны невидимые жильцы. (Нужно иметь в виду, что эти работы относятся к особенно важному и богатому событиями периоду в творческой биографии Смелова, когда он впервые получил общественное признание, но вместе с тем его начали преследовать власти, которые в 1976 г. закрыли его выставку во Дворце культуры «Выборгский» и конфисковали выставленные там работы.)

В городских пейзажах Смелова сравнительно редко увидишь фигуру человека, а те люди, которые там встречаются (например, в работе «Две фигуры в подворотне» 1971 г.), по сути своей — безымянные статисты, которые явно привлекают художника из-за интересной игры света и тени, а не как личности. «Серебряный мальчик» (1995) представляет собой поразительное исключение из правила: в этой композиции человеческая фигура образует подлинный центр. В большинстве же случаев фигуры, появляющиеся на снимках Смелова, это не живые люди: это каменные статуи на кладбище, скульптуры, украшающие фонтан или мост, например кентавр, так изящно балансирующий в работах «Павловск, Кентаврский мост I» (1975) и «Павловск, Кентаврский мост II» (1994). Интересно отметить, что в более поздней работе выдвигается на первый план природная среда, в то время как сама скульптура почти полностью поглощена тенью.

Свадебная фотография в Санкт-Петербурге

Есть у Смелова и архитектурные этюды, граничащие с геометрической абстракцией. Свет, падающий наискосок через окна; арки, пересекаемые границей между светом и тьмою; закрученные спиралью лестницы и балюстрады — эти мотивы, очевидно, привлекали художника именно своей формой. Впрочем, Смелов, интересовавшийся современной философией, видел в них, возможно, и экзистенциальные коннотации. Атмосфера тайны и печали царит в этих петербургских городских пейзажах — отчасти потому, что Смелов редко фотографировал при ярком солнечном свете. Иногда мы видим на снимках блекнущий свет вечера, но больше всего художник любил освещение раннего утра, когда солнечные лучи еще только начинали рассеивать туман над кладбищем, мостом или детской площадкой. Тени в эти утренние часы получались длинные и глубокие, так что выделенные светом детали выступали особенно ярко. Глядя на фотографии Смелова, мы воспринимаем Ленинград/Петербург не как тот город света, который задумывали французские архитекторы при Петре Великом, пытавшиеся перенести свои замыслы с берегов Сены на берега Невы. При всем великолепии, которое встречается в этом городе, он есть мир теней и — зачастую — мир слёз. В статье, озаглавленной «После Раскольникова: российская фотография сегодня», критик Джон П. Джейкоб однажды назвал Смелова «мастером школы спиритуального эстетизма"2. Действительно, цикл «Памяти Достоевского» мог бы послужить своего рода рассказом обо всем творчестве этого художника — потрясающе одаренного и стоящего особняком в фотоискусстве.

Проф. Дэвид Гэллоуэй
Историк современного искусства,
художественный критик (ARTnews, International Herald Tribune),
редактор журнала Art in America,
куратор интернациональных выставок,
автор и издатель многочисленных книг по искусству







Буду признателен за плюсики, лайки и ретвиты! Заранее спасибо!

Оцените и поделитесь с друзьями!



Комментировать через «ВКонтакте»:





Обмен постовыми


Всем доброго времени суток. С радостью обменяюсь постовыми с вашими блогами или сайтами. Требования к обмену:

  1. Сайт или блог должен быть на фото, видео или свадебную тематику.
  2. Домен 2 уровня. Рассмотриваются сайты как на бесплатном, так и на платном хостинге.
  3. ТИЦ и PR роли не играют.
  4. Посещаемость > 40 уник/сутки с поисковых систем.

Также на блоге публикуются гостевые посты. Требования к гостевым постам:

  1. 1 внешняя ссылка.
  2. Объем от 1500 символов без пробелов.
  3. Статья должна быть написана на фото, видео или свадебную тематику.

Пишите на email: petrovideo@ya.ru


PetroVideo

Информация

Видео

Свадебный фильм в Санкт-Петербурге

Вернисаж

Свадебная фотография в Санкт-Петербурге

Top 5

Улыбнитесь...

Наши контакты:

(911) 211-9876

Позвоните нам!

Свадебный консультантСвадебный консультант

Закрыть окно

Борис Смелов

Борис Иванович Смелов, Пти-Борис (13 марта 1951, Ленинград — 18 января 1998, Санкт-Петербург) — ленинградский, петербургский фотограф, художник. Мастер пейзажа, натюрморта, портрета. Певец городской, петербургской романтики. Один из основоположников неофициальной советской фотографии 1970-х-1980-х гг. Оказывал значительное влияние на своих современников — представителей неофициального советского искусства — андерграундной художественной культуры. Имеет массу последователей в современной школе петербургской фотографии.

Борис Смелов родился 13 марта 1951 года в Ленинграде. В детстве занимался рисованием. Обучался в математической школе. Заинтересовался фотографией с 10 лет, учился во Дворце пионеров у Д. Ритова. Получал призы на детских конкурсах. Осознанно стал фотографировать в 17 лет.

В 1968 году в фотоклубе Выборгского дворца культуры познакомился с Борисом Кудряковым, который ввел его в круг Константина Константиновича Кузьминского. В этот период был увлечен Петербургом Достоевского. По просьбе К. Кузьминского Б. Смелов снимал портреты неофициальных художников и литераторов.

В 1970—1972 гг. учился в ЛИТМО, в 1972 −1973 гг. — на факультете журналистики в ЛГУ.

В начале 1970-х, помимо городского пейзажа, жанрового фото и портрета Б. Смелов стал снимать натюрморты из предметов старинного петербургского быта, любовь к которому перешла по наследству от бабушки. В это время у него уже было две камеры — «Leica» и «Rolleiflex». В те годы не имел личной лаборатории, поэтому проявлял и печатал свои фото в фотолаборатории Леонида Богданова при ДК «Пищевиков».

В 1974 году принял участие в первой выставке независимой фотографии «Под парашютом» на квартире Константина Кузьминского. Представил на этой выставке 27 фоторабот. Константин Кузьминский придумал для Бориса Смелова и его товарища Бориса Кудрякова знаменитые прозвища, оставшиеся за ними навсегда — Гран-Борис (Кудряков) и Пти-Борис (Смелов).

В 1976 году в фотоклубе Выборского ДК Б. Смелов в качестве творческого отчета представил выставку из 34 фотографий (портрет, пейзаж, жанр, натюрморт). Выставка была закрыта на следующее утро, разгорелся скандал. После этого было полностью сменено руководство Выборгского фотоклуба, а Б. Смелов стал если и не диссидентом, то инакомыслящим в фотографии. В связи с этим скандалом всякое участие в официальных выставках стало невозможным, и поэтому вплоть до Перестройки Б. Смелов участвовал только в нелегальных квартирных выставках. В 1977 году он получил Золотую медаль за репортажную серию на 11 Международном салоне фотоискусства в Бухаресте.

Во время перестройки у Б. Смелова началась интенсивная выставочная жизнь. Его выставки проходили и за рубежом в таких странах как Великобритания, Германия, США, Финляндия, Норвегия и т. д. В 1991 году он посетил Вашингтон, где участвовал в выставке «Изменяющаяся реальность». В 1990-е годы Б. Смелов много экспериментировал с инфракрасной пленкой.

Умер Б. Смелов нелепо и трагически на Васильевском острове 18 января 1998 года. Похоронили его 24 января на Смоленском православном кладбище.

Закрыть окно